глава Тайной канцелярии
parvum malum
В небе ходит большая волна,
Достигая небесного дна,
Взбаламученный синий песок
Сыплется на землю.
Где-то в черной небесной дали
Реют ангельские корабли,
Трепеща белопенным пером,
Никому не внемля
(Башня Rowan "Мавританский король")



Тахар Бен Джеллун "Священная ночь"

Описание: Роман «Священная ночь» Тахара Бенджеллуна стал событием литературной жизни конца 80-х годов и получил Гонкуровскую премию (1987). В двадцать седьмую ночь священного для мусульман месяца рамадан на всех правоверных должна снизойти милость Всемогущего, определяющего судьбу человека, дарующего ему надежду. О своей судьбе узнает и героиня романа.

Описание, которое не говорит ни о чем. Я мог бы, наверно, начать как все - про глубокий тяжкий груз бытия женщины в мусульманских странах и Марокко в частности, как отзываются другие читатели. Но я увидел другое.
С самого начала мне захотелось чего-то атмосферно-восточного. не в духе тысячи и одной ночи и представлений о современных арабах глазами европейца, а чего-то странного, неуловимого.
У всего есть свой запах. У квартиры, дома, города, культуры народа. Возможно, это синестезия - видеть сочетания букв цветами, а все вокруг воспринимать через призму несуществующих ощущений и запахов. Я хотел почувствовать, чем пахнет Марокко.
Я хотел открыть книгу и забыть, что я европеец, осмотреться чужими глазами и медленно распробовать все на вкус.
И теперь я не знаю, хорошо или плохо, что для меня все началось именно с такой странной книги.
Она сюрреалистична. В этом есть своя ирония, но книги, о которых ты смог бы сказать "да это же чистой воды магический реализм" ты найдешь где угодно, не подозревая об этом, но только не в книжном разделе, посвященном магическому реализму. Или у меня какое-то слишком свое понимание странных вещей?
Эта книга сюрреалистична, странна, прекрасна, непонятна и отвратительна одновременно - для человека в преддверии нервного срыва. Поэтому ты понимаешь, что я не знаю, как описать ее тебе так, чтобы в ней не оказалось меня.
Местами она таинственно-витиевата, местами проста, слишком очевидно и в то же время незаметно переходя грань реальности, фантазий и снов, переплетая их, не отделяя, даря им свой собственный мир, который не следует отделять, чтобы из-под него не проступили шершавые светло-песочные стены.
И у всего этого есть свой запах - густой, обволакивающий, словно смесь восточных пряностей, сандала и мяты. Книга, которую я должен был бы прочитать под "Мавританского короля" из эпилога, но почему-то не смог.

Сладкий и тягостный запах жасмина несется и вьется,
Плывет, извиваясь, из подвалов уснувших домов.
Сладкий и тягостный запах созвездий со звоном замкнулся
В тяжелую цепь, оковавшую звеньями мир.
В эту осеннюю ночь Элин тяжко вздохнула и в ужасе встала, впервые услышав,
Сладкую тяжкую песню, что мерно качаясь, вплыла в ее комнату,
Вкрадчивым ядом пропитав пелену ее светлых девических снов.

Понимаешь, этой песней я мог бы описать эту книгу, всю целиком. Ее витиеватости и мистицизм отдельных расуждений, ее желания и страхи. А может и нет. Мы ведь все-таки с тобой точно не на одной волне, я ведь тебя даже не знаю.
Книга, которая вызвала у меня непонимание и заинтересованность в начале, полное погружение в середине и ощущение болезненного полубезумия в конце. Теперь мне интересно: прочитай я ее будучи нормальным, какое впечатление от нее мне бы досталось.

Бог, создавая людей,
Хрупкую глину смешал
С огненным и нестерпимым
Своим дыханьем.
Жадно глотая дым,
Мы, как глиняный купол, звучим,
Мы полны назначеньем своим
И своим призваньем.
Буквы на лицах людских
Из ожогов, рубцов, из любых
Знаков, из вен голубых,
Складки и морщины —
В эту осеннюю ночь
Он стирает — и пишет опять
То, что прежде хотел написать
На застывшей глине.

@темы: рецензии (книги)